Аккредитация будущего

18.05.2016

Добрый день, уважаемые коллеги!

В начале своего выступления бы хотел от всей души поблагодарить всех присутствующих за то, что нашли возможность принять участие в сегодняшней конференции. Мероприятие получилось действительно масштабным и по охвату тем, которые мы планируем обсудить, и количеству участников и их географии, что позволит нам на высоком уровне обсудить актуальные вопросы развития системы аккредитации. 

Реформа системы аккредитации проводится в России уже почти пять лет. Все эти пять лет у нас был четкий план действий, в соответствии с которым мы постепенно, этап за этапом выстраивали систему аккредитации и создавали отдельные ее элементы. Сейчас от завершения этой работы нас отделяет буквально несколько шагов: нам необходимо окончательно перестроиться на новые правила работы, закрепленные законом об аккредитации, и получить международное признание. Мы рассчитываем, что эти задачи нам удастся решить уже в следующем году и тем самым завершить реформу системы аккредитации. А это значит, что уже сейчас нам необходимо подумать о том, куда двигаться дальше, в каком направлении должна развиваться система аккредитации. Своими мыслями и предложениями на этот счет я бы и хотел поделиться в своем докладе.

Итак, каким, на наш взгляд, должно быть будущее российской системы аккредитации?

Поскольку система аккредитации – это сложное, комплексное явление, этот большой вопрос нужно разбить на несколько более мелких вопросов. И первый из них такой: как мы можем использовать систему аккредитации, которая была построена в результате реформы? Может ли она быть полезна в других областях?

Думаю, что может. За пять лет реформы у нас был создан механизм, который позволяет проверить и оценить компетентность организаций, осуществляющих определенную часть государственных полномочий. По своей сути этот механизм универсален и может применяться в любых сферах, где востребована профессиональная оценка. Такие примеры есть в мировой практике. У нас же применение аккредитации сейчас ограничивается сферой государственного регулирования. В будущем мы можем распространить его и на ряд других сфер, которые лишь фрагментарно урегулированы в российском законодательстве. Это может быть и оценка квалификации персонала, и оценка управленческих процессов, и оценка технически сложных объектов, и различные лабораторные исследования, не входящие в сферу технического регулирования. Например, аккредитация могла бы применяться в сфере добровольной оценки соответствия хозяйствующих субъектов и их деятельности обязательным требованиям. Сейчас в рамках реформирования контрольно-надзорной деятельности прорабатывается вопрос о замещении государственных форм контроля такой оценкой. На наш взгляд, такую функцию вполне бы могли взять на себя аккредитованные лица.

В связи с вопросом о расширении сфер применения аккредитации встает вопрос о том, каким должен быть орган по аккредитации? Есть несколько вариантов. За рубежом функции по аккредитации чаще всего осуществляет негосударственная организация или публично-правовое учреждение, например, в Великобритании или как у наших партнеров по Евразийскому экономическому союзу  Беларуси и Казахстана. В России такой вариант тоже рассматривался, однако функции по аккредитации было решено передать именно органу государственной власти, так как госорган может осуществлять контроль и другие юридически значимые действия, активно участвовать в нормотворческом процессе и отстаивать свои позиции. Это было особенно важно в самом начале реформы, когда мы должны были с нуля выстроить всю систему аккредитации и четко определить правила работы в ней. Сейчас реформа вышла на завершающий этап, поэтому, на наш взгляд, можно вернуться к вопросу об изменении организационно-правовой формы национального органа по аккредитации. Государственный орган не сможет «закрыть» собой все возможные сферы применения аккредитации. Для этого необходимо будет увеличение штатной численности службы, расширение нашей материально-технической базы, а, следовательно, увеличение объемов финансирования. Но это ровно то, от чего мы сейчас пытаемся уйти во всех сферах государственного регулирования, поэтому необходимо искать другие варианты. Одним из вариантов может стать преобразование Росаккредитации в публично-правовую компанию. Это позволит иметь количество ресурсов, сопоставимое с количеством задач, без привлечения дополнительных средств со стороны государства.

Говоря о развитии системы аккредитации в будущем, нам также необходимо ответить и на вопрос о том, как должны развиваться отдельные элементы системы аккредитации? Традиционно мы выделяем несколько таких элементов: участники системы аккредитации, процедура аккредитации и требования к аккредитованным лицам, контрольные инструменты и информационные ресурсы.

Об одном из участников системы аккредитации – национальном органе – я уже говорил. А какими должны быть другие участники: эксперты по аккредитации и аккредитованные лица? 

Начнем с экспертов по аккредитации. Понятно, что они должны быть специалистами в своей отрасли знаний, иметь опыт работ по оценке соответствия, хорошо знать законодательство об аккредитации. Применимо это и к сотрудникам национального органа по аккредитации. Но это лишь минимальный набор требований для тех людей, от которых во многом зависит эффективность работы всей системы аккредитации. Они должны быть не просто компетентными и хорошо знать основные нормативные акты: они должны следить за современными тенденциями в техническом регулировании, хорошо владеть техниками оценки и международными стандартами, быть полностью беспристрастными, с одинаковым подходом ко всем аккредитованным организациями и так далее. Помимо этого, важно и наличие некоей корпоративной культуры экспертного сообщества, системы определенных правил поведения и ценностных установок, которые обязательны для всех экспертов. И если механизм проверки компетентности у нас уже отработан – это процедура аттестации, то над второй стороной вопроса еще необходимо поработать. Что мы можем сделать для этого?

Прежде всего, это проводить различные обучающие мероприятия, семинары и тренинги. На данный момент это самое универсальное средство развития человеческого капитала, на которое, к сожалению, у нас сейчас не хватает ресурсов. Мы рассчитываем, что образовательную задачу возьмет на себя недавно переданное Росаккредитации подведомственное учреждение – Национальный институт аккредитации, одной из главных задач которого как раз и является методологическое сопровождение реформы. Институт займется поиском талантливых выпускников вузов и молодых специалистов, работой с ними, проводением стажировок и так далее.

Средством формирования корпоративной культуры экспертного сообщества может стать создание кодекса профессиональной этики эксперта по аккредитации, который бы включал в себя основные правила взаимодействия экспертов с другими участниками системы аккредитации. Определенные наработки в этой сфере у нас уже есть. Еще одной мерой могло бы стать изменение правил «входа» в экспертное сообщество, например, дополнение процедуры аттестации заданий на психологическую устойчивость кандидата в эксперты, умение работать в команде, понимание основных этических принципов работы и так далее.

Что касается аккредитованных лиц, то в настоящее время Министерство промышленности и торговли разрабатывает законопроект, устанавливающий статус экспертов по сертификации и их обязанность проходить аттестацию. Думаю, что принятие этого законопроекта позволит существенно повысить компетентность людей, работающих в органах по сертификации, и станет важным фактором развития системы аккредитации.

Следующий вопрос, на который нам необходимо ответить, говоря об аккредитации будущего, - это то, какой должна быть сама процедура аккредитации. Сейчас процедура аккредитации и требования к аккредитованным лицам у нас четко регламентированы и являются универсальными. Я думаю, что в дальнейшем нам необходимо сделать систему аккредитации более гибкой. Аккредитация может использоваться и в обязательной сфере, и в добровольной, а также в тех областях, которые являются стратегически важными для государства. Сейчас ко всем таким организациям подход единый, но мы должны его дифференцировать. К решению этой проблемы можно подойти с двух сторон. Во-первых, необходимо систематизировать работу с добровольными системами сертификации. Второй момент – это внедрение более жёстких инструментов государственного регулирования в отношении организаций, работающих в стратегически важных отраслях. Таким инструментом может стать дополнительная процедура нотификации, которая уже давно существует в практике многих стран. В России мы только подходим к обсуждению этого вопроса, однако учетом того, что система аккредитации уже сложилась, его можно поднимать более активно.

Что касается развития контрольных инструментов, то здесь, на мой взгляд, есть одна общая тенденция, которой необходимо четко следовать. Я убежден, в будущем мы должны полностью уйти от государственного контроля, который основан на жалобах, зачастую со стороны конкурентов по рынку, и перейти на систему оценки рисков.

Такой процесс нами уже запущен. Начиная с 2014 года мы внедряем риск-ориентированный подход в своей контрольной работе.  Суть его  заключается в том, что мы анализируем данные реестров и на их основании выделяем группы риска, в рамках которых впоследствии проводим проверки. Уже есть первые результаты, которые показали эффективность такого подхода. Но, конечно, это только первые, небольшие по своему масштабу шаги. Эту работу необходимо развивать, и для этого нам прежде всего необходимы современные информационные технологии.

Сейчас сотрудники Росаккредитации используют в своей работе целый ряд информационных ресурсов: это реестры сертификатов соответствия и деклараций о соответствии, реестры аккредитованных лиц и так далее. Сейчас все эти огромные массивы данных обрабатываются вручную или полуавтоматическом режиме. Естественно, мы просто физически не можем качественно и полностью проанализировать данные обо всех тех миллионах сертификатов и деклараций, которые есть в наших реестрах. А ведь есть еще огромные массивы информации: налоговая и бухгалтерская отчетность, таможенная статистика, счета за коммунальные услуги и электричество, платежные ведомости сотрудников и так далее, которые мы просто не видим. Естественно, при таком подходе аналитический потенциал, которым обладают информационные ресурсы Росаккредитации, реализуется на ничтожную долю. Чтобы использовать его на полную мощность, необходимы специальные инструменты и методы обработки больших объемов несистематизированных данных, а также соответствующие программные средства.  

Такие программы уже существуют и широко применяются, прежде всего – в коммерческой среде. Российские банки при принятии решения о выдаче кредитов используют данные о клиентах, которые накоплены в ходе работы: информацию из профилей в социальных сетях, данные о совершаемых по картам транзакциям, о поисковых запросах клиента в интернете и так далее. Например, при оценке кредитных рисков могут использоваться данные мобильных операторов: если клиент имеет несколько мобильных номеров одновременно, постоянно меняет номера, пополняя при этом счет на маленькие суммы, это говорит о потенциальной недобросовестности клиента и может стать основанием для отклонения заявки. В государственном секторе потенциал использования таких технологий только предстоит исследовать.

Если интегрировать данные, которыми располагает Росаккредитация, с данными других ведомств, поставщиков коммунальных услуг и электроэнергии или интернет-провайдеров, можно с очень большой степенью эффективности выделять зоны риска. Например, мы видим, что орган по сертификации выдал энное количество сертификатов, однако за тот же период он сдал нулевую отчетность в налоговую инспекцию. Это – уже сигнал о высоком риске и повод для проведения проверки. Или организация по бумагам провела много испытаний, а электроэнергии почти не потратила. Это тоже повод задуматься. Если идти еще дальше, то наиболее передовое технически сложное оборудование может быть напрямую подключено к интернету, и в режиме реального времени можно будет не просто отследить, проводятся ли испытания, но и их конкретные результаты. 

Еще один пример. В настоящее время благодаря открытым реестрам Росаккредитации любой потребитель может проверить подлинность сертификата или декларации о соответствии. Если разработать соответствующие программные решения, объем информации, которую потребители могут получить из наших реестров, станет несравнимо больше: кем был выдан сертификат? допускал ли этот орган по сертификации нарушения? какой  протокол испытаний положен в его основу? на каком оборудовании производились испытания? отменялись ли раньше сертификаты этого производителя? и так далее. Иными словами, потребитель сможет получить исчерпывающую информацию о товаре лишь по номеру сертификата. Кроме того, за счет более активного использования технологий, систематизации данных должен сокращаться разрыв между поставщиками услуг, связанных с различными исследованиями, и потребителями таких услуг. Это может быть и выбор оптимального контрагента по ряду заданных параметров для производителей продукции, и подбор организации для проведения экспертизы для физических лиц, и так далее.

Примеры можно приводить до бесконечности. В любом случае очевидно, что использование и развитие информационных технологий способно полностью поменять подход и к аккредитации, и к оценке соответствия. Для аккредитации уже не нужно будет просматривать огромное количество документов и сверять их с тем, что есть в реальности: достаточно будет лишь посмотреть профиль организации в информационной системе и сделать необходимые выводы на основании имеющихся данных. То же самое касается и оценки соответствия: верифицировать правильность и точность проведенных испытаний, отследить работу приборов и результаты измерений можно будет с помощью программных средств, что существенно упростит весь процесс. Думаю, что со временем мы все придем к этому. Однако для того, чтобы этот переход был плавным и постепенным, чтобы инструмент аккредитации не утратил своей эффективности, нам необходимо сейчас определить план развития системы аккредитации и продумывать механизмы ее совершенствования. Поэтому мы хотим начать работу над новой концепцией развития системы аккредитации, которая бы отражала наши основные задачи и план действий на среднесрочную перспективу. Мы уже неоднократно озвучивали эту идею, но хотелось бы повторить еще раз и призвать к участию в этой работе и участников конференции, и других заинтересованных лиц, чтобы новая концепция отражала интересы всех сторон, была максимально полной и продуманной. Так был организован процесс работы над текстом закона об аккредитации. Надеюсь, что работа над концепцией будет такой же плодотворной и результативной.

Благодарю за внимание.